На информационном ресурсе применяются рекомендательные технологии (информационные технологии предоставления информации на основе сбора, систематизации и анализа сведений, относящихся к предпочтениям пользователей сети "Интернет", находящихся на территории Российской Федерации)

Этносы

4 452 подписчика

Свежие комментарии

  • Эрика Каминская
    Если брать геоисторию как таковую то все эти гипотезы рушаться . Везде где собаки были изображены с богами или боги и...Собака в Мезоамер...
  • Nikolay Konovalov
    А вы в курсе что это самый людоедский народ и единственный субэтнос полинезийцев, едиящий пленных врагов?Женщины и девушки...
  • Sergiy Che
    Потому что аффтор делает выборку арийских женщин, а Айшварья из Тулу - это не арийский, а дравидический народ...)) - ...Самые красивые ар...

История Каучука.Галоши и макинтоши

 

ИСТОРИЯ КАУЧУКА.

Натуральный каучук. История открытия и применения.

каучукИстория каучука началась со времен Великих географических открытий. Когда Колумб вернулся в Испанию, он привез из Нового Света множество диковин. Одной из них был эластичный мяч из «древесной смолы», который отличался удивительной прыгучестью.

Индейцы делали такие мячи из белого сока растения гевея, растущего на берегах р.Амазонки. Этот сок темнел и затвердевал на воздухе. Мячи считались священными и использовались в религиозных обрядах. У племен майя и ацтеков существовала командная игра с использованием мячей, напоминающая баскетбол. Впоследствии испанцы полюбили играть вывезенными из Южной Америки мячами. Модифицированная ими индейская игра послужила прообразом современного футбола.
Сок гевеи индейцы называли «каучу» – слезы млечного дерева («кау» – дерево, «учу» – течь, плакать). От этого слова образовалось современное название материала – каучук. Кроме эластичных мячей индейцы делали из каучука непромокаемые ткани, обувь, сосуды для воды, ярко раскрашенные шарики – детские игрушки.
Однако в Европе забыли про южноамериканскую диковинку до 18 в., когда члены французской экспедиции в Южной Америке обнаружили дерево, выделяющее удивительную, затвердевающую на воздухе смолу, которой дали название «резина» (по латыни resina – смола). В 1738 французский исследователь Ш.Кондамин представил в Парижской академии наук образцы каучука, изделия из него и описание способов добычи в странах Южной Америки. С тех пор начались поиски возможных способов применения этого вещества. Во Франции изобрели удобные подтяжки и подвязки из сплетенных с хлопком резиновых ниток. А после 1823, когда шотландец Ч.Макинтош придумал прокладывать тонкий слой резины между двумя кусками ткани, начался настоящий «резиновый бум». Непромокаемые плащи из этой ткани, которые стали называть в честь их создателя «макинтошами», получили широкое распространение. Примерно в то же время в Америке стало модно в дождливую погоду поверх башмаков носить неуклюжую индейскую резиновую обувь – галоши.
Огромную, хоть и недолгую популярность в Европе и Северной Америке резиновые изделия получили после того, как англичанин Чаффи изобрел прорезиненную ткань. Он растворял сырую резину в скипидаре, добавлял сажу и, с помощью специально сконструированной машины, наносил тонкий слой смеси на ткань. Из такого материала делали не только одежду, обувь и головные уборы, но и крыши домов и фургонов.
Однако у изделий из прорезиненной ткани был большой недостаток. – эластичность каучука проявляется лишь в небольшом интервале температур, поэтому в холодную погоду резиновые изделия твердели и могли растрескаться, а летом размягчались, превращаясь в липкую, издающую зловоние массу. Одежду и обувь на лето приходилось прятать в прохладный погреб, с прорезиненными крышами было хуже – приходилось терпеть неприятные запахи. Энтузиазм по поводу нового материала быстро иссяк. А когда однажды в Северо-Американских Соединенных Штатах выдалось жаркое лето, наступил кризис резиновой промышленности – вся ее продукция превратилась в мерзко пахнущий кисель. Фирмы по производству резины разорились.
И все бы забыли про макинтоши и галоши, если бы не американец Чарльз Нельсон Гудьир, который верил, что из каучука можно создать хороший материал. Он посвятил этой идее несколько лет и потратил все свои сбережения. Современники смеялись над ним: «Если вы увидите человека в резиновом пальто, резиновых ботинках, резиновом цилиндре и с резиновым кошельком, а в кошельке ни единого цента, то можете не сомневаться – это Гудьир». Однако Гудьир упорно смешивал каучук со всем подряд: с солью, перцем, песком, маслом и даже с супом и, в конце концов, добился успеха. В 1839 он обнаружил, что добавляя в каучук немного серы и нагревая, можно улучшить его прочность, твердость, эластичность и тепло- и морозоустойчивость. Сейчас именно новый материал, изобретенный Гудьиром, принято называть резиной, а открытый им процесс – вулканизацией каучука.
История упорного изобретателя имеет счастливый конец: предложение о покупке патента на новый материал, обладающий отличными качествами, Гудьир получил, находясь в отчаянном финансовом положении – у него к этому времени был долг в 35 000 долларов, который вскоре он смог оплатить. С этого времени начинается бурный рост производства каучука. Еще при жизни Гудьира только в резиновой промышленности США работало больше 60 000 человек. Вторая половина 19 в. – время процветания Бразилии, которая долгое время была монополистом по выращиванию деревьев-каучуконосов. Центр каучуконосных районов, Манаус, был богатейшим городом западного полушария. Достаточно упомянуть, что великолепный оперный театр в затерянном в джунглях Манаусе не только строили лучшие французские архитекторы, но даже стройматериалы для него привозились из Европы.
Неудивительно, что Бразилия берегла источник своего богатства. Вывоз семян гевеи был запрещен под страхом смертной казни. Однако в 1876 британский шпион Генри Уикхем в трюмах английского судна «Амазонас» тайно вывез 70 000 семян гевеи. В британских колониях Юго-Восточной Азии были заложены первые плантации каучуконосов. На мировом рынке появился натуральный английский каучук, более дешевый, чем бразильский.
А мир завоевывали разнообразные изделия из резины – транспортерные ленты конвейеров и электроизоляция, «резинки» для белья, резиновая обувь, детские воздушные шары и т.д. Но основное применение этот материал получил с изобретением и распространением резиновых экипажных, а затем автомобильных шин.
Изобретение резиновых шин вместо металлических сначала было встречено без энтузиазма, хотя экипажи с металлическими шинами были не слишком комфортны – за страшный шум и тряску в Англии их называли «истребителями воробьев». Новые тихие экипажи на цельнолитых массивных шинах в Америке были запрещены. Они считались опасными, так как не предупреждали прохожих о приближении экипажа. В России тихие конные экипажи на резиновом ходу также вызывали недовольство – они обдавали грязью не успевших посторониться пешеходов. Поэтому московские власти вынесли решение специально помечать такие экипажи: «Дабы обиженные шинниками обыватели могли заметить своих обидчиков, чтобы привлечь их к законной ответственности, экипажи на резиновом ходу должны снабжаться номерными знаками особого цвета, чем обычные номера извозчиков».
Природный каучук. Строение и свойства. С изобретением конвейерного метода сборки автомобилей потребность в резине стала настолько велика, что настоятельно возник вопрос об ограниченности производства природного сырья. Надо было искать другие источники каучука. Поэтому неудивительно, что в конце 19 – первой половине 20 в. во многих странах исследовались строение каучука, его физические и химические свойства, эластичность, процесс вулканизации. То, что при нагревании из каучука можно получить молекулы изопрена
долгое время объясняли с помощью теории К.Харриеса, который считал, что каучук состоит из множества колец-звеньев изопрена, которые составляют устойчивую мицеллу, т.е. он представляет собой обычную коллоидную частицу. Оппонентом К.Харриеса выступал Г.Штаудингер, доказавший, что каучук является высокомолекулярным соединением, т.е. состоит из обычных, хотя и гигантских молекул, атомы в которых связаны ковалентными связями. На основании своих исследований каучука и резины он выдвинул теорию цепного строения макромолекул, предположил существование разветвленных макромолекул и трехмерной полимерной сетки.


 
 

Не тянуть резину – первое правило бизнеса

 
Товарищество российско-американской резиновой
мануфактуры «Треугольник» в Санкт-Петербурге. Начало XX века

Текст Сергей Копытов
 
Петербург, 1880 год. Сырое осеннее утро. По набережной Обводного канала вдоль ряда одинаковых зданий из красного кирпича бредут сотни женщин. Это работницы галошной фабрики. В руках – узелки с обедом. Людской поток течет в ворота проходной. Прямо над ними, вскарабкавшись на приставную лестницу, плотник флегматично, не торопясь, снимает вывеску «Акционерное общество резиновой мануфактуры «Макинтош». Затем так же безучастно прикрепляет новую – «Товарищество российско-американской мануфактуры». На эти важные для бизнеса перемены работницы не обращают никакого внимания. Они растворяются в лабиринте производственных корпусов, соединенных между собой кирпичными арочными переходами. Там под присмотром иностранных инженеров уже начинают свою оглушительную работу машины по изготовлению резиновой смеси. 
 
…Так буднично, без фанфар, завершилась крупнейшая сделка по поглощению одного из лидеров резиновой промышленности России.
 
Изобретатель плаща
Чарльз Макинтош  
 

МАКИНТОШ – ЧЕЛОВЕК И ПЛАЩ

За 57 лет до описанного эпизода, в 1823 году, в истории одежды произошло знаменательное событие: химик из Глазго Чарльз Макинтош изобрел непромокаемый резиновый плащ. Открытие произошло благодаря счастливому случаю. Во время проведения опыта шотландец умудрился испачкать сюртук раствором каучука. Позже, пытаясь удалить пятно, он обнаружил, что испорченная ткань не промокает. Макинтош сумел извлечь из этого, казалось бы, неприятного эпизода максимум выгоды. В том же году он начал продавать дождевики, которые производились по уникальной технологии: на ткань наносили тонкий слой химически обработанного каучука, затем вновь покрывали материей. Такому материалу дождь был не страшен, плащ не лип к телу. С тех самых пор дождевики, изобретенные Чарльзом, называются «макинтошами».
 
Справедливости ради стоит отметить: до шотландца ценные свойства каучука пытались использовать многие производители одежды и обуви. Однако именно Макинтош со своей неутомимой энергией сделал продажи непромокаемой ткани массовыми.
 
Успеху способствовала «плаксивая» погода туманного Альбиона. Неизменной популярностью макинтоши пользовались у небогатых британцев, которым доставались дешевые места на крышах различных транспортных средств, в первую очередь дилижансов. 
 
Окрыленный первыми победами, Чарльз продолжил свои эксперименты: он решил попробовать использовать шерсть для создания теплых водонепроницаемых пальто. Однако, хотя доходы вновь организованной фирмы росли, а в Манчестере был даже построен современный завод, этой продукции не удавалось получить всеобщее признание. Вещи оказались неудобными в носке: на холоде дубели, а в жаркую погоду плавились и расползались. Новые непромокаемые пальто весили чересчур много, при этом содержащиеся в шерсти натуральные масла постепенно разъедали резину. Вещи источали тяжелый, неприятный запах, от которого невозможно было избавиться. В результате новые плащи и пальто можно было увидеть только на моряках, солдатах и не очень состоятельных путешественниках.
 

К началу 1870-х годов галоши товарищества получили не только общероссийскую, но и европейскую известность. Объемы производства росли каждый год

 
 

РОЖДЕНИЕ ГАЛОШ

Знакомство европейцев с каучуком произошло в 1735 году, после французской экспедиции в Южную Америку. Путешественники заинтересовались пропитанными соком каучукового дерева обувью и одеждой индейцев. В Европу начали поставлять целые партии таких вещей. Однако только в 1803 году англичанин Рэдли запатентовал свое изобретение – чехлы для обуви из ткани с каучуком. Патентованное изобретение не пользовалось большой популярностью: чехлы-галоши из сырого каучука на холоде твердели и становились ломкими, а в жаркую погоду словно «таяли» на ногах – неприятно пахли, делались липкими и мягкими. Любой новый производитель вещей с использованием каучука сталкивался с подобной проблемой, пока в 1841 году американец Чарльз Гудьир после многолетних экспериментов не изобрел метод, известный сейчас под названием «вулканизация» («сваривание» каучука с серой при нагревании). Этот процесс назван в честь Вулкана, древнеримского бога огня.

Пытаясь исправить ситуацию, в 1831 году компания Chas. Macintosh & Co. объединила свое производство с предприятием Томаса Хэнкока, который также экспериментировал с каучуком и тканью. Спустя 10 лет Хэнкок открыл и запатентовал процесс вулканизации резины (позже выяснилось, что пальма первенства принадлежит американскому исследователю Чарльзу Гудьиру). В результате совместной работы основные недостатки плащей и пальто Макинтоша были устранены: они стали удобными, легкими, надежными и водонепроницаемыми. 
 
Во второй половине XIX века Chas. Macintosh & Co. стала ведущей фирмой Британии по производству резиновых изделий: плащей, сумок, шин и, конечно, галош. В 1860–1870‑е годы представительства компании появились в столицах ведущих стран Европы, ее продукция получила заслуженное признание немцев, французов и итальянцев. 
 
В 1872 году в столице Российской империи Санкт-Петербурге на набережной Обводного канала открылось англо-русское акционерное общество резиновой мануфактуры «Макинтош». Казалось бы, в этой пасмурной Северной Венеции непромокаемые плащи и британские галоши должны пользоваться повышенным спросом и «Макинтош» неминуемо сможет преумножить свой, и без того немалый, капитал. Однако жизнь внесла коррективы в планы наследников изобретательного шотландца, который скончался в 1843 году. Оказалось, что рынок занят мощным конкурентом, который преуспевает уже целых 12 лет.
 

РЕЗИНА ВМЕСТО ШЛЯП

Первые годы правления Александра II (он вступил на престол в 1855 году) были знаковыми в истории России. Страна переживала небывалый подъем, который вылился в серию политических преобразований. Отмена крепостного права, судебная, земская, военная реформы, развитие системы образования – все эти начинания всего за 10 лет позволили империи вернуть утраченные после застоя времен Николая I и поражения в Крымской войне ведущие позиции в Европе. 
 
Для истории же галош особенно важным оказался 1859 год, который остался в памяти народа благодаря совсем другим знаменательным событиям. Так, в том году были образованы Редакционные комиссии, которые приступили к обобщению всех проектов отмены крепостного права. Тогда же был основан Владивосток, завершено присоединение Чечни (имам Шамиль был взят в плен), создана система воскресных школ и учреждена комиссия по пересмотру системы податей и налогов. В это же время Гончаров опубликовал «Обломова», Тургенев – «Дворянское гнездо», Островский – «Грозу», а Достоевскому разрешили покинуть Сибирь.
 
Отправка галош
со склада  
 
Промышленность развивалась по всей стране. К этому времени берега Обводного канала в Петербурге были уже плотно застроены мелкими производственными предприятиями. На одном из этих участков, на территории парка в усадьбе графа Строганова, появилась шляпная фабрика братьев Циммерманов. Несколько раз ее пытались перепрофилировать, наконец после смерти владельцев, летом 1859 года, фабричные строения были переданы в аренду немцу Фердинанду Краузкопфу. 
 
До приезда в Россию Фердинанд был представителем американской торговой галошной фирмы в Гамбурге. Американцы, так же как и британцы, быстро сообразили, насколько прибыльным может быть производство резины. К середине века они уже торговали не только в Новом, но и в Старом Свете. Тем не менее продукцию Краузкопфа гамбургцы не оценили, и бизнесмен решил отправиться покорять петербургский рынок.
 
 

После сделки по слиянию двух галошных компаний фабрика разрослась вдоль набережной и в глубь территории бывшего строгановского парка

Вначале он пытался убедить вложиться в новое дело своих американских партнеров, однако те отказались. И все же вновь созданную фирму назвали «Товарищество российско-американской резиновой мануфактуры» (ТРАРМ): кредитные средства на бизнес были получены от Российско-американской компании (полугосударственной структуры Российской империи, работавшей на Аляске). Арендовав фабрику Циммерманов, учредители начали строить здесь новое фабричное здание, спроектированное приглашенным из Америки «резиновым техником» Робертом Сторном.
 
Изобретатель Чарльз Гудьир
в лаборатории  
 
Краузкопф подошел к делу с немецкой педантичностью, продумав все детали: фабрика была оснащена машинами, привезенными из Шотландии, на ней работали мастера из Германии, а клейщицы галош из Англии обучали русских коллег премудростям нового ремесла. 
 
Первая в России крупная резиновая фабрика начала свою работу летом 1860 года. В августе ее изделия поступили в продажу, а в октябре производство галош достигло 1000 штук в день. Спустя девять месяцев со дня запуска производства товарищество получило свою первую награду за качество – серебряную медаль Мануфактурной выставки в Санкт-Петербурге.
 

К 1859 году берега Обводного канала в Петербурге были уже плотно застроены мелкими производственными предприятиями

 

ГАЛОШИ ПРОТИВ КАЛОШ

 
 

ЗАКОННОЕ ЧЕРЕДОВАНИЕ

Мой милый, хороший,
Пришли мне калоши,
И мне, и жене, и Тотоше.

(К. Чуковский)

Как утверждают знатоки русского языка, принято двоякое написание слова «галоши» – с начальной «г» или «к». Правда, второй вариант считается устаревшим, вытесненным «новыми звонкими веяниями». Если обратиться к этимологии слова, то во французском языке, откуда слово и пришло, оно действительно начинается с буквы «г» – galoshes. В основе этого слова лежит позднелатинское gallicula – уменьшительное от gallica (solea) – «галльская (сандалия)». Существует, впрочем, и другая гипотеза, говорящая в пользу буквы «к». Согласно этой версии, слово происходит от греческого kalopous – «сапожная колодка»: kalon – «дерево», pous – «ступня».

Рецепт изготовления резины товарищество держало в строжайшем секрете. Все новые технологи и инженеры давали подписку о том, что они обязуются не посвящать посторонних в тонкости производства галош. От работников технические секреты также скрывались. Смесь, засыпаемую в каучуковую массу, мастера готовили в специальных помещениях, куда никого не допускали.
 
Галоши быстро завоевали популярность у петербуржцев. На первых порах у ТРАРМа был весьма сильный конкурент – компания фабриканта Кирштейна «Гумми и гуттаперча». Тем не менее продукция товарищества нравилась петербуржцам значительно больше: Кирштейн производил галоши-шлепанцы (без задника), а Краузкопф делал «калоши», как говорили в те времена, более привычного для наших современников вида. Поскольку удобство последних было очевидно всем, Кирштейн, просчитав перспективы конкурентной борьбы, в 1862 году сам предложил товариществу купить «Гумми и гуттаперчу». При этом продавец стал одним из пайщиков ТРАРМа. Таким образом, произошла сделка по слиянию двух галошных компаний, а фабрика Краузкопфа разрослась как вдоль набережной, так и в глубь территории бывшего строгановского парка.
 

Первая в России резиновая фабрика начала свою работу летом 1860 года. В августе ее изделия поступили в продажу, в октябре производство галош достигло 1000 штук в день

 
К началу 1870-х годов галоши товарищества получили не только общероссийскую, но и европейскую известность. Объемы производства росли каждый год. Именно в этих условиях на берегах Невы появились представители Chas. Macintosh & Co. Свои цеха британцы построили прямо рядом с ТРАРМом, что было воспринято как своего рода вызов. Руководство «Макинтоша» пребывало в уверенности: отработанные технологии и солидные средства, потраченные на фабрику, достаточно быстро принесут компании успех.
 
Однако практически сразу шотландцы столкнулись с невысоким спросом на свою продукцию: петербуржцы неохотно отказывались от привычных галош Краузкопфа. Кроме того, благодаря разросшемуся производству товарищество имело возможность демпинговать. Итог этой неравной борьбы для «Макинтоша» оказался неутешителен: всего через восемь лет после начала деятельности в России предприятие было продано. В результате сделки поглощения шотландцы передали товариществу все свои помещения и оборудование. ТРАРМ превратился в ведущее и крупнейшее предприятие страны по производству резиновых изделий. Галоши стали неотъемлемым атрибутом облика горожан, мастерски описанным в произведениях Чехова, Чуковского, Зощенко, Булгакова и многих других классиков отечественной литературы.
 
 
 

ПЕТЕРБУРГСКИЙ «ТРЕУГОЛЬНИК»

Последствия сделок по слиянию и поглощению были предсказуемыми: объемы производства, ассортимент и хозяйство предприятия значительно возросли. Помимо цехов теперь на Обводном канале появились конюшни, дома для рабочих, школа, ясли, клуб. Однако труд на ТРАРМе был вредным и низкооплачиваемым. В основном работали женщины, которых петербуржцы презрительно называли «калошницами». Но это не помешало товариществу добиться больших успехов. Компания получила за свою продукцию множество премий и золотых медалей и даже была удостоена звания «Поставщик Двора Его Императорского Величества». С 1900 по 1912 год выпуск галош вырос с 10 млн до 20 млн пар в год. Всего же к этому времени компания изготовила 282 млн пар галош и стала одним из крупнейших «резиновых» производителей мира. Четверть продукции уходила на экспорт – в отечественных галошах щеголяли не только европейцы, но и американцы.
 
Новенькие галоши старательно
упаковывались в ящики с фирменной маркировкой
 
С 1908 года товарищество закрепило за собой название «Треугольник» – на всей продукции компании изображалась эта геометрическая фигура. Руководители так объясняли этот выбор: «Главное в торговом знаке нашей фирмы то, что он запоминается и понятен даже малограмотному покупателю». 
 
После революции, в 1918 году, предприятие национализировали и переименовали в «Красный треугольник». Началась новая славная страница его истории – советская, где не было места рыночным механизмам, конкуренции, слияниям и поглощениям.
 

 

 

Картина дня

наверх