На информационном ресурсе применяются рекомендательные технологии (информационные технологии предоставления информации на основе сбора, систематизации и анализа сведений, относящихся к предпочтениям пользователей сети "Интернет", находящихся на территории Российской Федерации)

Этносы

4 452 подписчика

Свежие комментарии

  • Эрика Каминская
    Если брать геоисторию как таковую то все эти гипотезы рушаться . Везде где собаки были изображены с богами или боги и...Собака в Мезоамер...
  • Nikolay Konovalov
    А вы в курсе что это самый людоедский народ и единственный субэтнос полинезийцев, едиящий пленных врагов?Женщины и девушки...
  • Sergiy Che
    Потому что аффтор делает выборку арийских женщин, а Айшварья из Тулу - это не арийский, а дравидический народ...)) - ...Самые красивые ар...

Европеоиды, монголоиды, австралоиды: стадиальность или метисация?

 МАТЕРИАЛ С САЙТА АНТРОПОГЕНЕЗ.РУ

 

Поставлен по рекомендации Евгения Цаплина, которому я, как администратор

Этносов выражаю искреннюю признательность в надежде,

что следующую тему он поставит уже самостоятельно.

 

д.и.н., главный научный сотрудник Музея антропологии и этнографии РАН им.

Петра Великого (Кунсткамеры)

 

Памяти Александра Александровича Зубова и Кристи Джентри Тернера,

внесших неоценимый вклад в антропологическое изучение народов мира

 

Как показало изучение полных геномов представителей разных рас, выполненное под руководством Э. Виллерслева, миграция предков австралоидов из Африки в Аравию и далее на восток по берегу Индийского океана была первым событием в истории колонизации сапиенсами внеафриканских областей ойкумены. Заселение Северной Евразии и, соответственно, дивергенция европеоидов и монголоидов – события гораздо более поздние [Rasmussen et al. 2011].

Гипотеза западного надрасового ствола, якобы объединяющего жителей Африки южнее Сахары и европеоидов (а, по мнению В.П Алексеева [1985. С. 177–178], также и австралоидов), была опровергнута уже давно – когда выяснилось, что африканцы в генеалогическом отношении противостоят всем прочим человеческим группам (новейшие данные о полных геномах см.: [Lachance 2012]).

Значит, к какому бы из двух гипотетических надрасовых стволов – восточному или западному – ни относить австралоидов, в бицентрическую теорию они не вписываются.

По той же причине неверна и идея экваториального надрасового ствола, объединяющего тропические расы– африканцев и австралоидов. Правда, эта идея ближе к истине, чем теории «восточного» и «западного» стволов, но все-таки и она не может быть принята, поскольку негроиды и австралоиды – не сестринские группы европеоидов и монголоидов, а их «живые предки». В отношении австралоидов этот взгляд уже высказывался Н.Н. Чебоксаровым [1971: 155] и В.П. Алексеевым [1985: 178], в отношении же негроидов, как выяснили генетики, он еще более справедлив.

В связи с этим я предложил вернуться к гипотезе Р. Бьясутти и восстановить в правах бореальный (северный) надрасовый ствол, объединяющий европеоидов и монголоидов [Biasutti 1941: 275]. Как ясно из вышесказанного, это единственный на сегодняшний день жизнеспособный надрасовый ствол. Все прочие стволы, выделявшиеся в прошлом, приходится признать фиктивными (рисунок). 


 

Концепция бореального ствола оказывается весьма плодотворной для определения таксономического статуса различных групп Северной Азии и их отношения к аборигенным группам Америки. Последнее тому подтверждение – результаты секвенирования полного генома старшего из двух детей, захороненных на верхнепалеолитической стоянке Мальта в Иркутской области древностью 24 тыс. лет (исследование выполнено коллективом генетиков под руководством того же Э. Виллерслева [Raghavan et al. 2014]. Этот геном имеет, как оказалось, западноевразийское происхождение, а кроме того, проявляет специфическое сходство с геномами американских индейцев, тогда как близость к геномам восточноазиатских монголоидов отсутствует. Приписать это поздней европейской примеси невозможно. То же относится и к аутосомному геному человека со стоянки Афонтова Гора близ Красноярска древностью 17 тыс. лет [Там же]. По мнению генетиков, после того, как предки индейцев отделились от монголоидного ствола, но до того, как они распались на подгруппы, то есть до колонизации ими Нового Света, произошла их метисация с европеоидами. Как известно, и археологический инвентарь, и одонтологические данные (Зубов, Гохман, 2003; Turner, Scott, 2007) также указывают скорее на европейские связи жителей Мальты.

Существует две археологические гипотезы, пытающиеся связать предков индейцев с верхнепалеолитическими европейцами. Одна из них выдвинута Г.Ю. Мюллер-Беком, полагавшим, что охотники на крупных животных продвигались из Европы в Сибирь и далее на восток, пока не достигли Берингии (Müller-Beck, 1967). Авторы другой гипотезы – Д. Стэнфорд и Б. Брэдли, по мнению которых, европейцы двигались не на восток, а на запад, по атлантическому льду, через Гренландию (Stanford, Bradley, 2012). Если речь действительно идет о миграции из Европы, то новые генетические данные позволяют отдать предпочтение первой из этих гипотез.

Но действительно ли имела место такая миграция? Есть и третья гипотеза, кажущаяся мне наиболее вероятной.

В соответствии с нею, индейцы – представители бореального надрасового ствола.

«Европейский» сдвиг, обнаруживающийся в их краниологическом типе и ставивший в тупик антропологов – наследие стадии, предшествующей распаду этого ствола. Подобные черты недифференцированности мы видим, например, на черепах верхнепалеолитических людей из Сунгиря и Верхнего Грота Чжоукоудяня (в обоих справедливо усматривали сходство с черепами индейцев). Если эта гипотеза верна, то две предшествующие гипотезы (о прямых европейско-американских связях) становятся излишними.

Новые данные заставляют по-новому взглянуть на генеалогические отношения всех человеческих групп, населяющих Тихоокеанский бассейн. Казалось бы, справедливая идея о том, что австралоиды – «живые предки» всех человеческих групп, кроме негроидных, как и тот факт, что цепочка переходных форм связывает их именно с монголоидами, укрепляет позиции сторонников идеи восточного надрасового ствола. Прежде, когда эта идея почти не вызывала сомнений, я трактовал антропологические данные, относящиеся к населению Восточной и Юго-Восточной Азии, в стадиальном духе [Козинцев 2005, 2008]. Именно так интерпретировал одонтологические данные и К. Тернер [Turner 2006]. Действительно, в целом ряде генетических исследований была выявлена близость монголоидов к австралоидам [Zhivotovsky et al. 2003; Jakobsson et al. 2008; Li et al. 2008; Tishkoff et al. 2009; McEvoy et al. 2010; Kidd et al. 2011; Reich et al. 2012]. Однако, во-первых, эти данные не были основаны на секвенировании полных геномов, а во-вторых, на них могла повлиять неучтенная монголоидная примесь у населения южной Пацифики. Между тем, группа Виллерслева (см. выше) впервые изучила полный геном чистокровного австралийского аборигена, а потому именно этим данным нужно отдать предпочтение.

Стадиальная теория К. Тернера встретила возражения у некоторых одонтологов. Так, Х. Мацумура и М. Хадсон полагают, что сундадонтия, которую К. Тернер считал промежуточной стадией между австралоидным и монголоидными одонтологическими комплексами, – не пережиток раннего этапа «монголизации» зубной системы, а результат смешения древних австралоидов Юго-Восточной Азии с носителями монголоидного комплекса – синодонтами, мигрировавшими туда из Китая [Matsumura, Hudson, 2005; Hudson, Matsumura, 2006]. Как указывал В.П. Алексеев [1985: 158], постепенность перехода от австралоидного комплекса к монголоидному у населения Юго-Восточной и Восточной Азии свидетельствует скорее о метисации, чем о сохранении предковых особенностей.

В Восточной Азии есть, однако, группа, которую с полной уверенностью можно считать не метисной, а реликтовой. Это айны. Именно у них никакой антропологической промежуточности не наблюдается. Сочетание признаков у айнов крайне противоречиво. Генетически они однозначно сближаются с северными и восточными монголоидами (отнести это целиком за счет метисности невозможно), сундадонтия объединяет их с южными монголоидами, а краниологически и особенно соматологически айны вовсе не монголоидны [Kozintsev 1992, 1993]. Метисность айнов не подлежит сомнению [Kozintsev 1990], но ею дело явно не исчерпывается. По «вычете» монголоидной примеси айнский комплекс становится не менее, а еще более мозаичным. Если бы восточный надрасовый ствол существовал, айнов следовало бы считать его ранними представителями. Но в свете новых данных есть основания рассматривать их в качестве ранней ветви бореального ствола, точнее, в качестве «живых предков» монголоидов [Трофимова 1932]. Если так, то их «австралоидные» черты нужно расценивать не как свидетельство миграции их предков с юга, а как проявление неспецифического архаизма.

Сорок лет назад, сопоставив айнскую краниологическую серию с сериями черепов других народов, я обнаружил, что ближе всего к айнам по совокупности признаков – группы, явно не состоящие с ними в близком родстве, а именно, полинезийцы, некоторые американские индейцы и представители уральской расы [Козинцев 1974]. В то время такой результат можно было отнести за счет случайности или издержек статистического метода. Вернувшись к нему много лет спустя, я расценил его как отражение протоморфности, присущий всем перечисленным группам [Козинцев 2008]. В те годы еще господствовала бицентрическая теория. Айнов, как и полинезийцев и индейцев, казалось разумным относить к восточному стволу.

Труднее было объяснить, откуда у представителей восточного ствола, как все мы думали, более родственных австралоидам, чем европеоидам, взялось краниологическое сходство с уральской расой.

Ведь последнюю нужно считать либо метисной европеоидно-монголоидной, либо (что более вероятно) отражающей раннюю стадию европеоидно-монголоидной дивергенции. Почему же, в таком случае, у уральцев нет австралоидных признаков, которые неизбежно должны были бы присутствовать в случае правильности бицентрической теории? Быть может, дело в естественном отборе против «тропической» морфологии на севере? Пересмотр расовой систематики избавляет нас от необходимости раздумывать над подобными вопросами. Все перечисленные группы оказываются включенными в бореальный ствол, и сходство между любыми его представителями, не связанными близким родством, можно расценивать как проявление замедленных темпов эволюции.

Существенным аргументом в пользу бицентрической теории расообразования А.А. Зубов считал то обстоятельство, что в Индии признаки восточного одонтологического комплекса несколько сильнее коррелируют с экваториальными, чем с монголоидными чертами физического типа [Зубов, Гашимова 1982]. Однако эта закономерность проявляется в основном за счет мундаязычных санталов Северо-восточной Индии, у которых восточный одонтологический комплекс выражен особенно сильно. Их расовый тип промежуточен между монголоидным и австралоидным [Абдушелишвили 1982]. В двух группах, живущих в Западной Индии, число восточных одонтологических признаков повышено незначительно, причем в одной из них (у каткари) отчетливее проявляется австралоидная тенденция, в другой (у бхилов) – монголоидная [Там же]. С каким из двух компонентов – монголоидным или австралоидным – следует связывать восточные одонтологические признаки в индийских группах, сказать на основании этих данных затруднительно.

Выбор, однако, облегчается новейшими генетическими данными. Как установили генетики, ближе всего к чистокровному австралийскому аборигену находятся именно мунда, которых, следовательно, также можно считать потомками древнейших сапиенсов, мигрировавших из Африки на восток [Rasmussen et al., 2011]. Если это действительно так, то «восточные» одонтологические признаки, отмеченные у мунда и, вероятно, в других индийских группах, имеют домонголоидное, то есть австралоидное происхождение, как и полагал А.А. Зубов. Но в таком случае они не могут считаться аргументом в пользу существования восточного надрасового ствола, потому что монголоидная раса возникла на иной – бореальной – основе (см. выше).

Еще одно обстоятельство ослабляет позиции сторонников гипотезы восточного ствола. Одонтологические параллели указанным индийским группам, особенно каткари, обнаружились у населения о-ва Сокотра (Йемен), где подозревать какое-либо восточное влияние затруднительно [Шинкаренко и др. 1984]. Зато есть веские основания считать, что у сокотрийцев, как и у жителей южноаравийского побережья, сохранились генетические черты, унаследованные от первых сапиенсов, мигрировавших из Африки по южному пути (аргументы в пользу этой точки зрения см.: [Козинцев 2013]). Следует ожидать, что антропологические следы этой миграции будут обнаруживаться на всем протяжении древнейшего пути на восток, причем, как показывает пример мунда, не только в прибрежных, но и во внутренних районах Южной и Юго-Восточной Азии.


Литература:

  1. Абдушелишвили М.Г. Антропологический состав населения Северо-западной Индии // Новые материалы к антропологии Западной Индии / ред. Абдушелишвили М.Г., Малхотра К.Ч. М., 1982. С. 27–146.
  2. Алексеев В.П. Географические очаги формирования человеческих рас. М.: Мысль, 1985.
  3. Зубов А.А., Гашимова У.Ф. Одонтологическая характеристика населения Западной Индии // Новые материалы к антропологии Западной Индии / ред. Абдушелишвили М.Г., Малхотра К.Ч. М., 1982. С. 157–174.
  4. Зубов А.А., Гохман И.И. Некоторые одонтологические данные по верхнепалеолитической стоянке Мальта // Вестник антропологии. 2003. № 10. С. 14-23.
  5. Козинцев А.Г. Статистические данные к проблеме происхождения краниологического типа айнов // Расогенетические проблемы в этнической истории. Сборник памяти Георгия Францевича Дебеца / ред. Золотарева И.М. М., 1974. С. 229–242.
  6. Козинцев А.Г. Неравномерность темпов эволюции и систематика человеческих групп // VI конгресс этнографов и антропологов России. Тезисы докладов. СПб: МАЭ РАН, 2005. С. 372-373. Полный текст доклада :https://www.academia.edu/4736421/_._._VI_2005_
  7. Козинцев А.Г. Индонезийцы, индейцы и протоморфные монголоиды Западной Сибири // Индонезийцы и их соседи. Festschrift E.В. Ревуненковой и А.К. Оглоблину / ред. Станюкович М.В. СПб: МАЭ РАН, 2008 (Маклаевский сборник. Вып. 1). С. 355–360.
  8. Козинцев А.Г. Расовая классификация в свете новых генетических данных // Радловский сборник: Научные исследования и музейные проекты МАЭ РАН в2012 г. СПб: МАЭ РАН, 2013. С. 64-71.
  9. Трофимова Т.А. К айнской проблеме // Антропологический журнал. 1932. № 2 С. 89–103.
  10. Чебоксаров Н.Н., Чебоксарова И.А. Народы, расы, культуры. М., 1971.
  11. Шинкаренко В.С., Наумкин В.В., Хить Г.Л., Зубов А.А.Антропологические исследования на о. Сокотра // Советская этнография. 1984. № 4. С. 53–62.
  12. Biasutti R. Le razze e i popoli della terra. T. 1. Torino, Unione tipografico-editrice torinese, 1941.
  13. Cheboxarov N., Zoubov A. The main problems of the ethnic anthropology ofIndia // XXVII International Congress of Orientalists. Papers presented by theUSSR delegation.Moscow: б.и., 1967.
  14. Hudson M.J., Matsumura H. “Sundadonty” and the population history ofSoutheast Asia: A reply to Turner // American Journal of Physical Anthropology. 2006. Vol. 130. № 4. P. 458–461.
  15. Jakobsson M., Scholz S., Scheet P. et al. Genotype, haplotype and copy-number variation in worldwide populations // Nature. 2008. Vol. 451. № 7181. P. 998–1003.
  16. Kidd J.R., Friedlaender F., Pakstis A.J. et al. Single nucleotide polymorphisms and haplotypes in Native American populations // American Journal of Physical Anthropology. 2011. Vol. 146. № 4. P. 495-502.
  17. Kozintsev A.G. Ainu, Japanese, their ancestors and neighbours // Journal of the Anthropological Society of Nippon. 1990. Vol. 98. № 3. P. 247–267.
  18. Kozintsev A.G. Prehistoric and recent populations ofJapan: Multivariate analysis of cranioscopic data // Arctic Anthropology. 1992. Vol. 29. № 1. P. 104–111.
  19. Kozintsev A.G. Ainu origins in the light of modern physical anthropology // Homo. 1993. Vol. 44. № 2. P. 105–127.
  20. Lachance J., Vernot B., Elbers C.C. et al. Evolutionary history and adaptation from high-coverage whole-genome sequences of diverse African hunter-gatherers // Cell. 2012. Vol. 150. № 3. P. 457–469.
  21. Li J.Z., Absher D.M., Tang H. et al. Worldwide human relationships inferred from genome-wide patterns of variation // Science. 2008. Vol. 319. № 5866. P. 1100–1104.
  22. Matsumura H., Hudson M.J. Dental perspectives on the population history ofSoutheast Asia // American Journal of Physical Anthropology. 2005. Vol. 127. № 2. P. 182–209.
  23. McEvoy B.P., Lind J.M., Wang E.T. et al. Whole-genome genetic diversity in a sample of Australians with deep aboriginal ancestry // American Journal of Human Genetics. 2010. Vol. 87. № 2. P. 297–305.
  24. Müller-Beck H.J. On migrations of hunters across the Bering land bridge in the Upper Paleolithic // The Bering Land Bridge / ed. Hopkins D.M. Stanford, 1967. P. 373–408.
  25. Raghavan M., Skoglund P., Graf K.E. et al. Upper Palaeolithic Siberian genome reveals dual ancestry of Native Americans // Nature. 2014. Vol. 505. № 7481. P. 87–91/
  26. Rasmussen M., Guo X., Wang Y. et al. An aboriginal Australian genome reveals separate human dispersals intoAsia // Science. 2011. Vol. 334. № 6052. P. 94–98.
  27. Reich D., Patterson N., Kircher M. et al. Denisova admixture and the first modern human dispersals into Southeast Asia andOceania // American Journal of Human Genetics. 2011. Vol. 89. № 4. P. 516–528.
  28. Stanford D., Bradley B. Across Atlantic Ice: The Origin of America’s Clovis Culture.Berkeley, 2012.
  29. Tishkoff S.A., Reed F.A., Friedlaender F.R. et al. The genetic structure and history of Africans and African Americans // Science. 2009. Vol. 324. № 5930. P. 1035–1044.
  30. Turner C.G. Dental morphology and the population history of thePacific rim and basin: Commentary on Hirofumi Matsumura and Mark J. Hudson // American Journal of Physical Anthropology. 2006. Vol. 130. № 4. P. 455–461.
  31. Turner C.G., Scott G.R. The dentition of American Indians: Evolutionary results and demographic implications following colonization from Siberia // Handbook of Paleoanthropology / eds. Henke W.,TattersallI.Berlin e.a., 2007. Vol. 3. P. 1901–1942.
  32. Zhivotovsky L.A., Rosenberg N.A., Feldman M.W. Features of evolution and expansion of modern humans, inferred from genomewide microsatellite markers // American Journal of Human Genetics. 2003. Vol. 72. № 5. P. 1171–1186.

Картина дня

наверх