На информационном ресурсе применяются рекомендательные технологии (информационные технологии предоставления информации на основе сбора, систематизации и анализа сведений, относящихся к предпочтениям пользователей сети "Интернет", находящихся на территории Российской Федерации)

Этносы

4 452 подписчика

Свежие комментарии

  • Эрика Каминская
    Если брать геоисторию как таковую то все эти гипотезы рушаться . Везде где собаки были изображены с богами или боги и...Собака в Мезоамер...
  • Nikolay Konovalov
    А вы в курсе что это самый людоедский народ и единственный субэтнос полинезийцев, едиящий пленных врагов?Женщины и девушки...
  • Sergiy Che
    Потому что аффтор делает выборку арийских женщин, а Айшварья из Тулу - это не арийский, а дравидический народ...)) - ...Самые красивые ар...

Настоящие китайские пытки и казни

 
Наверное, рассказы о “китайских пытках” в России слышали все. Иногда – с деталями. “Пытка бамбуком”, “пытка крысой”, “промывание мозгов” -- список “китайских пыток”, о которых с давних времен рассказывают во всех подробностях, огромен. Действительно, рассказы (или, скорее, россказни) о китайских пытках распространились по Европе в конце прошлого века. Одна только проблема: большей части этих пыток в действительности никогда не существовало, или, говоря осторожнее, “их существование не подтверждается надежными материалами”.

Относится это, кстати, и к истории пыток вообще. Слишком часто авторы публикаций на эту тему опираются на всяческие сплетни и байки, которые на поверку сплошь и рядом оказываются или пропагандой, или BDSM фантазиями, или причудливой смесью того и другого. Спору нет – дыма без огня не бывает, и, скажем, испанская инквизиция представляла из себя не самое приятное учреждение. Однако страшные рассказы об Инквизиции и описания якобы применявшихся ею жутких и зачастую просто физиологически невозможных пыток часто взяты из пропагандистских брошюр протестантов – давних врагов католицизма, Испании и Инквизиции. 

В конце прошлого века всяческие фантастические пытки в Европе стали приписывать китайцам. Не то чтобы Китай особо ненавидели или считали нужным вести против него пропаганду – нет, просто большая и таинственная страна, населенная странными людьми и со странными законами была весьма подходящим местом для любителей пофантазировать на BDSM темы. Особо отличились французы, в частности – очень известный в конце XIX века скандальный писатель Октав Мирбо. Его роман “Сад пыток” (1889), в котором речь идет якобы о Китае, любой человек, даже совсем слегка знакомый с китайскими законами, не может читать без улыбки. Однако этот полет садомазохистского воображения (и другие, подобные, хотя и менее известные), во многом повлияли на отношение к Китаю и сформировали миф о “китайских пытках”. 

Что же, средневековые китайцы были гуманистами? Нет, конечно. Китайские палачи, может, уступали своим немецким или японским современникам, но в пытках и казнях они толк знали. Что же на самом деле представляли из себя настоящие, а не выдуманные “китайские пытки” (и “китайские казни”)? Речь пойдет только о тех пытках, существование которые не вызывает сомнений, то есть о пытках, которые упоминаются в самих китайских законах и иных документах, либо же о тех, свидетелями которых были европейские путешественники прошлых веков. 

ВРЕМЕНА ДРЕВНИЕ

Китай – не только очень большая страна (на протяжении последних двух тысяч лет китайцы составляли примерно четвертую-пятую часть населения планеты), но и страна с очень древней историей. Китайское государство возникло в те времена, когда Египтом правил Тутанхамон, а главной военной державой Ближнего Востока была Ассирия. Где теперь та Ассирия и где тот фараоновский Египет? И следа не осталось, а Китай – есть. 

VII век н.э., времена правления династии Тан, в истории китайских законов (и китайских пыток) является важным водоразделом. Именно тогда было составлено китайское законодательство, которое с небольшими изменениями просуществовало вплоть до конца прошлого века. О нем речь и пойдет дальше, однако для начала надо сказать немного о пытках и казнях в Древнем Китае. Правда, надо признать: знаем мы о них довольно мало, ведь от тех давних времен почти не сохранилось ни подробных описаний, ни рисунков. 

Древний Китай был царством того, что в китайском называется “жоу син”. Слово это обычно переводится на русский как “телесные наказания”, но более точным переводом было бы “членовредительские наказания”. Действительно, древнекитайские законы полны таких фраз: “Для большого наказания используются доспехи и оружие (имеется в виду поход против бунтовщиков – авт.), для следующего – топоры и секиры (орудия смертной казни – авт.), для среднего наказания – ножи и пилы, для следующего – долота и сверла, для легкого – палки и плети”. Упомянутые “ножи и пилы” применялись для отпиливания конечностей, а долота и сверла были нужны для другого распространенного наказания – удаления коленных чашечек. 

Список этот, однако, не полон. В те времена, в I тыс. до н.э., единое законодательство еще не сформировалось, и каждый князь, каждый судья выдумывал свои расправы над преступниками и пленными. Наиболее распространенными были: отпиливание стопы (сначала отпиливали одну стопу, а попавшемуся второй раз рецидивисту – и другую), удаление коленных чашечек, отрезание носа, отрезание ушей, клеймение. Все эти наказания упоминаются в текстах тех времен очень часто, и порою кажется, что отрезание ушей, например, играло такую роль, как в советские времена пресловутые “15 суток”. 

Очень широко применялась кастрация. Известно, что наказанию этому подвергали не только мужчин, но и женщин. С мужчинами все понятно, но из текстов видно, что палачи проделывали что-то и с половыми органами осужденной на это наказание женщины, хотя сущность процедуры из сохранившихся отрывков не понятна. Однако ясно, что эта неизвестная процедура была мучительной и навсегда делала для наказанной таким образом половой акт то ли невозможным, то ли очень болезненным. Кастрированных мужчин отправляли в евнухи или стражники, а женщины становились дворцовыми рабынями. Впрочем, очень заметная часть наказанных просто умирала вскоре после операции от заражения крови. Как известно, кастрации был подвергнут выдающийся китайский историк Сыма Цянь. Впрочем, для Сыма Цяня кастрация была милостью, ведь ею заменили смертную казнь. 

Виды смертной казни также не отличались однообразием. Преступников жгли на кострах, разрывали колесницами на две или четыре части, им выламывали ребра, их варили в котлах, их распинали, их разрубали пополам. Помимо обезглавливания, особой популярностью пользовалось закапывание в землю живьем. Именно таким образом расправлялись с пленными, так что и поныне археологи часто обнаруживают характерные захоронения погребенных живьем людей (с открытыми ртами, в скорченных позах, порою по десятку человек в одной могиле). Стремясь утяжелить наказание, судьи выдумали казнь, которая называлась “осуществить пять видов наказаний”. При этом преступника следовало: “сначала клеймить, отрезать нос, отрубить левую ногу, отрубить правую ногу, и забить палками до смерти, а голову выставить на рынке на всеобщее обозрение”. Наконец, за особо тяжелые преступления весь род преступника подлежал уничтожению. Полагалось казнить не только виновного, но также его отца, мать, жену, наложниц, братьев (с женами), сестер (с мужьями), сыновей
Впрочем, уже в эпоху династии Хань (II век до н.э. -- II век н.э.) наказания заметно смягчились. В 167 г. до н.э. большинство членовредительских наказаний было отменено (впрочем, некоторые из них время от времени вновь появлялись в законодательстве, пока не исчезли окончательно в VII-VIII веках). На смену отрезанию носов и вырезанию коленных чашечек пришли избиение бамбуковыми палками или отправка на каторгу. Меньше стало и видов смертной казни. 

Однако настоящие перемены произошли только в VII веке, в правление династии Тан. Введенная тогда система просуществовала почти полтора тысячелетия, поэтому о ней мы и поговорим (вдобавок, об этом, не столь удаленном от нас, периоде известно много больше).
ТЮРЬМЫ

Тюрьма – место неприятное, и к средневековым китайским тюрьмам это относится в полной мере. Представляли они из себя глинобитные домишки без окон, причем одну из стен заменяла деревянная решетка, через которую тюремщики могли видеть все, что происходит внутри. Как и во всех средневековых странах, в Китае в тюрьмах осужденных не держали – слишком дорогим было бы это удовольствие, ведь заключенных кормить и стеречь надо. По сути, тюрьмы в те времена играли роль нынешних КПЗ – в них находились либо подследственные, либо приговоренные к смертной казни и высылке. Смертники ожидали, когда приговор будет утвержден в столице (без этого он был недействителен), а будущие ссыльные ждали этапирования. Обычно тюрьма имела два отделения – то, что побольше, предназначалось для мужчин, а то, что поменьше – для женщин. Контакты между ними строго пресекались, хотя сами тюремщики всегда могли позабавиться с понравившейся им заключенной – на это есть немало документальных свидетельств. Теоретически это запрещалось, но сами женщины зачастую не имели ничего против.
Главная забота тюремщиков была проста – не дать заключенным убежать. Тюрьма обычно представляла из себя довольно хилое сооружение, никакой сигнализации, освещения и прочих сторожевых вышек в те времена не было, поэтому главным способом защиты от побегов были колодки. Самый распространенный тип колодки – “канга” (по-китайски “цзя”). Применялась она очень широко: в эту шейную колодку заковывали практически всех заключенных. Единственным исключением были женщины, совершившие мелкие правонарушения. Форма и размеры шейных колодок менялись с течением времени. В эпоху Цин (1644-1911) колодки представляли из себя прямоугольную доску размером метр на метр, с круглым вырезом для шеи в центре. Доска эта состояла из двух раздвижных частей и, после того, как в нее вставляли шею преступника, она закрывалась на замок. Это означало, что преступнику или преступнице приходилось все время таскать на плечах и шее нечто вроде раздвижного стола без ножек, весом примерно 10-15 кг (вес и размер зависел от тяжести преступления). 
В дополнение к шейной применялись и ручные колодки, а также и металлические наручники. Замка на них не было, их просто наглухо заклепывали, вынуждая осужденного или осужденную проводить недели и месяцы со скованными за спиной руками. Были и более “серьезные” типы оков. Худшим типом была “ложе”, в которое укладывали склонных к побегу преступников. Ложе представляло из себя что-то вроде кровати, к которой осужденного прикрепляли за руки, ноги, шею и пояс. В полной неподвижности, в собственных испражнениях, терзаемый клопами и вшами, преступник проводил дни и недели. Он мог лишь благодарить судьбу, если соседи по доброте отгоняли от него крыс… 

Для перевозок преступников на большие расстояния применялась специальная тележка. Представляла из себя она ящик на колесах. Преступника усаживали в ящик на корточки, причем верхняя крышка ящика имела дырку и представляла из себя знакомую нам кангу. Таким образом, преступник сидел в ящике, а голова его торчала наружу, зажатая колодкой. Понятно, что поесть без посторонней помощи он не мог, а испражняться ему приходилось под себя.

ПЫТКИ

Вопреки широко распространенному мнению, китайские пытки особым разнообразием не отличались. В этом отношении китайским палачам средневековья было далеко и до их японских или западных коллег, и до своих же предшественников (в древнем Китае пыток было немало). Со времен династии Тан (VII – X века) закон признавал только три вида допустимых пыток, причем любая самодеятельность и изобретательность следователей пресекалась, особенно если она кончалась смертью подследственного. 

Самой распространенной пыткой было избиение палками. Плети и кнуты в Китае также применялись, но довольно редко. Допрашиваемого клали на землю, снимали с него штаны и начинали бить палками по ягодицам и бедрам, а иногда – и по пяткам. При всей незатейливости метода, в умелых руках он был вполне эффективным, так что в большинстве случаев избиваемый сознавался. Размер и вес палок определялся инструкциями, и в разные эпохи был разным. Между прочим, для наказания применялись облегченные палки, а для пытки -- утяжеленные. В XVI-XIX веках длина палки для допросов равнялась примерно метру. 

Особо упорного преступника ждали тиски для костей рук. Они представляли из себя соединенные шнурками палочки, между которых вставлялись пальцы обвиняемого. Палач сдавливал палочки – треск костей, отчаянный крик и, скорее всего, признание. Если же это не помогало, то в дело шли ножные тиски, устроенные примерно так же. 

Все остальное было самодеятельностью следователей, за которую они в случае чего могли и получить от вышестоящих органов. Среди самых неофициальных пыток широко использовалась пытка водой, пресловутое “промывание мозгов”. От похожей европейской пытки она отличалась тем, что воду человеку вливали в нос, а не в рот, так что заполняла она в первую очередь легкие. Зачастую перед пыткой человека подвешивали за ноги. Изредка применялось и дыба (вертикальная, как, например, в России). Применяли в Китае и пытки огнем и раскаленным железом, однако были они немалой редкостью.

КАЗНИ

В послетанскую эпоху в Китае существовало “5 видов наказаний”: наказание малым числом ударов палками, наказание большим числом ударов палками, ближняя ссылка, дальняя ссылка, и смертная казнь. Нас сейчас интересует только смертная казнь, о ней дальше и пойдет речь. 

Смертный приговор обычно утверждался в столице, причем иногда император мог и смягчить наказание. Утверждение приговора занимало немалое время, и смертнику приходилось проводить в тюрьме долгие месяцы. Наконец, приходил приговор, и наступала пора готовиться к смерти. Никаких “последних желаний” Китай не знал, и как-то утром смертника будили, чтобы отправить в последний путь. 

Довольно долго в Китае существовал обычая, по которому осужденных вели на место казни совершенно голыми. Только в V веке н.э. власти решили, что вместе гнать на казнь голых мужчин и женщин – это “оскорбление нравственности”. С тех пор было решено, что осужденных надо вести на казнь одетыми. Соответствующий закон вышел в V веке, но, судя по описаниям и рисункам современников, прижился он не сразу. Еще долго жителям китайских городов приходилось наблюдать процессии связанных одной веревкой или (в более поздние времена) закованных в шейные колодки и совершенно голых мужчин и женщин, которые медленно брели к месту казни, часто – под проливным дождем или при 40-градусной жаре. В более поздние времена осужденных стали раздевать уже перед самой казнью. На большинстве гравюр времен династии Цин (1644-1911) осужденные обоего пола изображены обнаженными по пояс. 

Преступника всегда вели на смерть в канге, которая превращала путь от тюрьмы и до лобного места в немалое испытание – ведь для смертников полагались утяжеленные колодки особо большого размера. Иногда женщин, осужденных за особо тяжелые преступления, не заковывали в кангу. Однако радоваться виновнице не приходилось: ведь это означало, что ее перед смертью заставят “покататься на деревянном осле”. Женщину раздевали догола и крепко связывали ей руки, а потом сажали верхом на деревянного осла с острым хребтом (иногда для надежности ее ноги прибивали к нему гвоздями). Фактически преступницу заставляли сидеть верхом на деревянном лезвии, которое под весом ее же собственного тела вонзалось осужденной в промежность. От боли женщина начинала вертеться и подпрыгивать, инстинктивно пытаясь освободиться, но таким образом она только рвала себе кожу и мясо в паху. Эти ее корчи лишь усиливали мучения преступницы и доставляли немало удовольствия зрителям. Деревянный осел был снабжен колесиками, так что его катили от тюрьмы 
Самая мучительная казнь средневекового Китая – это “медленное разрезание” (кит. линчи). Иногда европейцы именовали его “разрезанием на 1000 кусков”, но это – неточное название, ведь, как мы увидим, в большинстве случаев “кусков” от человека оставалось все-таки меньше, чем тысяча. Наказание “линчи” было не только самым жестоким, но и самым редким. В начале XIX века, например, к этой казни по всей стране приговаривалось в среднем 15-20 человек ежегодно. Если учесть, что численность населения Китая тогда составляла примерно 300 миллионов, то казнь, действительно, была очень редкой. Для того, чтобы получить такой приговор, надо было совершить действительно тяжкое преступление – например, отцеубийство. Правда, во времена смут “разрезание на куски” применялось много чаще.

Казнь “линчи” официально вошла в китайское законодательство в XII веке, хотя применялась она с незапамятных времен. Так, в конце III в. до н.э. именно этим способом были замучены все дочери императора Цинь Ши-хуана. Новые властители не хотели, чтобы род императора уцелел, и решили отделаться от конкурентов самым надежным способом: принцы были немедленно перебиты, а принцессы (их было более двадцати, от разных наложниц) были посажены в тюрьму. Вскоре девушек приказали вывести на главную столичную площадь и там казнить, “голыми привязав к столбам и отрезав им руки и ноги”. 

Сохранилось множество китайских описаний и несколько изображений этой казни (самая древняя из гравюр относится к ? Веку). Вдобавок, свидетелями казни не раз оказывались европейские путешественники, а в самом конце прошлого века удалось даже сделать несколько фотографий. 

Осужденного, раздев догола, крепко привязывали к деревянному столбу. Иногда, судя по гравюрам, руки и ноги ему не связывали, так что двигать ими он мог свободно. Временами вместо столба применялся крест, и в таком случае руки стоящего осужденного привязывали к перекладине. 

Когда осужденный был привязан к столбу или кресту, палачи (двое или трое) готовились к работе. Главным их инструментом служили ножи и пила-ножовка. Жертве давали посмотреть на инструмент, а иногда – с шуточками объясняли, как именно палачи будут этим инструментом пользоваться. После этого палач приступал к делу: начинал отрезать у преступника куски тела. Существовало множество способов казни. Суд обычно заранее определял, сколько “резаний” должен получить преступник, то есть сколько кусков его тела должен отрезать палач. Вот как, например, полагалось сделать при “20 резаниях”: “1,2 – отрезать левую и правую брови; 3,4 – срезать мясо с левой и правой ягодицы, 5,6 – срезать левый и правый соски и мясо с груди; 7,8 – отпилить кисти рук; 8,9 – отпилить руки по локоть; 11,12 – отпилить стопы; 13,14 – отпилить ноги по колено; 15 – распороть живот; 16 – перерезать горло; 17,18 – отпилить руки по плечи; 19,20 – отпилить ноги по пах”. Как видим, смерть наступала еще в середине казни. При “8 резаниях”, которые стали чаще применяться в более позднее время соответственно казнь состояла из 8 разрезов.
“20 резаний” и, тем более, “8 резаний” были самыми мягкими видами этой казни. В цинскую эпоху применялись также “36 резаний”, “72 резания” и “120 резаний”. 
Количество “резаний” могло быть и очень большим, известны случаи, когда за особо тяжкие преступления полагалось “3000 резаний”. В этом случае плачи обтягивали тело жертвы мелкоячеистой сеткой. Сетку стягивали потуже, и помощник палача щипцами захватывал небольшой кусочек плоти, который выступал в ячейке, и вытягивал его. После этого палач отхватывал этот кусок небольшим острым ножом. В таком случае жертве часто давали легкое обезболивающее, которое предотвращало (или, скорее, оттягивало) болевой шок, и мучения могли длиться целый день. С другой стороны, в виде милости казнь преступника часто убивали первым же ударом, так что казнили уже труп. Впрочем, даже в этом случае казнь считалась особо тяжелой. Китайцы верили, что в загробной жизни человек будет выглядеть также, как в момент смерти, и никому не хотелось ползать по загробному миру в виде обрубка с отрезанными по локоть руками и отпиленными по колено ногами. 

Этим, кстати, и объясняется парадокс: относительно безболезненное казнь обезглавливанием считалась в Китае более тяжелой, чем удавление. Гравюры дают неплохое представление о том, как проводилась казнь через обезглавливание. Жертву раздевали по пояс и ставили на колени со связанными за спиной руками. После этого палач наносил удар широким мечом. 

Третьим видом казни было удавление. Виселица в Китае не применялась, и осужденного именно удавливали. На гравюре XVIII века эта казнь изображена в деталях. На гравюре мы видим преступницу, которая стоит на коленях, привязанная к столбу. Язык у нее вывалился до подбородка, глаза почти вылезли из орбит, что и понятно: вокруг ее шеи обвернута веревка, концы от которой находятся в руках палачей. Они медленно скручивают веревку специальными палками, постепенно удавливая осужденную. По свидетельствам очевидцев, удавление могло длиться очень долго, до часа, так как палачи временами ослабляли веревку и давали почти задушенной жертве сделать несколько судорожных вздохов, а потом опять затягивали петлю. На другом рисунке столб, под которым раздетая до пояса осужденная стоит на коленях, имеет горизонтальную перекладину. К этой перекладине привязаны руки преступницы, которая как бы “распята” на нем. 

Помимо трех “официальных” казней, существовали и неофициальные. В законодательстве они не фигурировали, однако их упоминают и западные путешественники, и, что важнее, сами китайцы. Обычно эти казни применялись при подавлении всяческих бунтов, когда местные власти особо не беспокоились о соблюдении юридических формальностей. С бунтовщиками поступали сурово (впрочем, те тоже не щадили представителей властей). 

Самой распространенной из этих казней были “стоячие колодки” (“лицзя”). Они никогда не получили официального признания в китайском праве, но известны еще со времен династии Тан. Европейцы иногда называли их “клетками”. Устройство для этой казни представляло шейную колодку, которая была укреплена на четырех ножках на высоте примерно двух метров. Осужденному вставляли в колодку шею, а под ноги подкладывали кирпичи или черепицу. Вытянувшись во весь рост, осужденный ждал своей участи. Потом палач убирал один кирпич, и человек повисал с шеей, зажатой колодкой, которая начинала душить его. Стремясь избежать удушья, преступник вытягивался еще сильнее. Через некоторое время палач убирал еще кирпич, и осужденному приходилось вставать на цыпочки, чтобы только колодка не передавила ему горло. Толпа тем временем с интересом наблюдала за поединком, который обреченный вел со смертью. Палач же вынимал один кирпич за другим, и через некоторое время преступник почти висел, подвешенный в колодке за шею, и стоя буквально на кончиках пальцев.
Менее популярной была казнь распиливанием пополам. Для этого тело человека накрепко зажимали между двух широких досок, которые потом ставили вертикально, чтобы человек оказывался вниз головой. После этого доски (и зажатое между ними тело) распиливали сверху вниз длинной двуручной пилой. Поначалу зажатый между досками человек слышал лишь визг пилы, и понимал, что эта пила вот-вот вонзится в его тело. Потом пила входила в промежность, и медленно двигалась вниз, разрывая мышцы и внутренности, дробя кости. В 1925 г. В Южном Китае восставшие крестьяне так казнили попавшего им в руки местного судью и его жену. Первой между досок была зажата женщина, на мученья которой должен был смотреть муж. После того, как пила вошла ей в пах на несколько сантиметров, и доски окрасились кровью, палачи (их роль играли местные крестьянские парни) сделали получасовой перерыв на чай, и лишь потом завершили свою работу… 

Кроме стоячих колодок и распиливания, изредка применялось в Китае и распятие, однако примерно после X века нашей эры эта казнь стала там редкостью. Исчезло из практики и закапывание живьем в землю, которое когда-то очень широко применялось в Древнем Китае. Известно было сожжение, хотя оно и не пользовалось такой популярностью, как в средневековой Европе или Японии. В отдельные периоды применяли и сажание на кол, хотя эта казнь (ближневосточная по своему происхождению), в Китае так и не прижилась, и упоминается она там в основном в связи с монгольским владычеством. 

А как же “бамбук” или там “китайская пытка крысой”? А никак… Как и многие другие “китайские пытки”, ни в одном серьезном источнике они не описываются и, скорее всего, являются просто фантазиями западных писателей начала века.

Сидор Сидоренко
 

Картина дня

наверх