На информационном ресурсе применяются рекомендательные технологии (информационные технологии предоставления информации на основе сбора, систематизации и анализа сведений, относящихся к предпочтениям пользователей сети "Интернет", находящихся на территории Российской Федерации)

Этносы

4 452 подписчика

Свежие комментарии

  • Эрика Каминская
    Если брать геоисторию как таковую то все эти гипотезы рушаться . Везде где собаки были изображены с богами или боги и...Собака в Мезоамер...
  • Nikolay Konovalov
    А вы в курсе что это самый людоедский народ и единственный субэтнос полинезийцев, едиящий пленных врагов?Женщины и девушки...
  • Sergiy Che
    Потому что аффтор делает выборку арийских женщин, а Айшварья из Тулу - это не арийский, а дравидический народ...)) - ...Самые красивые ар...

Даниил Хармс, русский поэт- обереут

Даниил Хармс

Daniil Harms

День рождения: 30.12.1905 года
Место рождения: Санкт-ПетербургРоссия
Дата смерти: 02.02.1942 года
Место смерти: ЛенинградРоссия

Гражданство: Россия

Оригинальное имя: Даниил Ювачев

 

Ноты вижу
вижу мрак
в...


Ноты вижу
вижу мрак
вижу лилию дурак
сердце кокус
впрочем нет
мир не фокус
впрочем да

Фотография Даниил Хармс (photo Daniil Harms) Фотография Даниил Хармс (photo Daniil Harms) Фотография Даниил Хармс (photo Daniil Harms)
Фотография Даниил Хармс (photo Daniil Harms)

Убитый бесчеловечным реализмом

 

 

Когда он выезжал на сцену на детском велосипеде, декламируя свои странные стихи, он знал, что этот символический велосипед - вызов отнюдь не символическим броневикам, звонкая пощечина даже не "общественному мнению", но страшной Системе, претендовавшей на мировое господство.

 

Автор: Павел Басинский
Сайт: Знаменитости

О подлинном дне рождения Даниила Хармса (настоящее имя Даниил Иванович Ювачев) довольно долго спорили и, кажется, продолжают спорить до сих пор.

То его отмечали 17 декабря, то 12 января. Сам поэт в автобиографии "Как я родился" предлагал считать днем своего рождения первый день 1906 года. Официально днем рождения Хармса считается 17(30) декабря.

Даня Ювачев родился в семье, скажем так, благообразной. Его отец, сын полотера Зимнего дворца и морской штурман по образованию, прошел искушение революционным движением, сидел в Петропавловской и Шлиссельбургской крепостях, а в 1884 году был приговорен к смертной казни по делу "14-ти". Приговор заменили 15-летней каторгой.

На Сахалине Иван Павлович Ювачев заведовал метеостанцией, был досрочно освобожден, жил во Владивостоке, совершил кругосветное путешествие. За это время он превратился из атеиста и революционера в ревностного христианина и государственника, то есть прошел как бы путь Достоевского. Человек с мистическими наклонностями (хотя и член-корреспондент физического отделения Академии наук) он по-своему толковал Священное Писание в религиозных брошюрах и сына назвал Даниилом не просто так.

Во-первых, рождение мальчика пришлось на день памяти святого Даниила. Во-вторых, этот древнееврейский пророк приснился отцу Хармса накануне. В-третьих, в переводе этого имени - "Суд Божий" - он видел некий знак свыше ввиду пылавшей в то время первой русской революции. Так с самого начала в судьбе Хармса переплелись мистика и реализм.

Современный прозаик и драматург Михаил Левитин совершенно прав, говоря, что Хармс не был принципиальным абсурдистом. Он был именно реалистом. И поэтическая группа, которую он создал с Николаем Олейниковым и Александром Введенским, называлась Объединение реального искусства (ОБЭРИУ, а почему на конце "у" - никто не знает).

Сама пред- и послереволюционная реальность была такова, что ходить за абсурдом далеко не приходилось. Просто Даниил Хармс ей наиболее точно соответствовал. Его знаменитые английские гетры в игровом контексте эпохи нисколько не противоречили его же поразительно русским и каким-то удивительно "домашним" детским стихам о самоваре ("Иван Иваныч самовар / Был пузатый самовар / Трехведерный самовар. / В нем качался кипяток, / Пыхал паром кипяток, / Разъяренный кипяток..."), которые и сегодня родители с наслаждением читают своим малышам, причем неизвестно еще, кто из них больше получает удовольствия, малыши или взрослые?

В том-то и дело, что стихи обэриутов сегодня кажутся абсурдными, а тогда они лишь наиболее точно отражали суть времени. Помните несчастного тараканишку Николая Олейникова, за которым "жадной толпой" несутся вивисекторы, чтобы таракана завалить и распластать на составные части? Это ничуть не более абсурдно, чем опыты булгаковского профессора Преображенского, с помощью острого ножа превращавшего собаку в человека и наоборот.

Неясен другой вопрос: понимал ли сам Даниил Хармс, что оборотной стороной этой игры была страшная, бесчеловечная реальность, которая, в конечном счете, и убила его? Или он был, как утверждают некоторые из его поклонников, просто ребенком по натуре, недоформировавшимся в сознательного взрослого со всеми вытекающими отсюда социальными защитными рефлексами?

Когда он выезжал на сцену на детском велосипеде, декламируя свои странные стихи, он знал, что этот символический велосипед - вызов отнюдь не символическим броневикам, звонкая пощечина даже не "общественному мнению", но страшной Системе, претендовавшей на мировое господство? И стоит ли удивляться, что после таких выступлений в официальной прессе появлялись статьи под названиями вроде: "Реакционное жонглерство (об одной вылазке литературных хулиганов)", где ключевое слово "реакционный" звучало как прямой донос и смертный приговор.

Я завидую прекрасному литературоведу и историку Владимиру Глоцеру, который знает о Хармсе и обэриутах решительно все. Мне в личности Хармса многое непонятно, как и во всем этом направлении.

Одна только расшифровка его псевдонима может поставить в тупик. Это и французское "charm" - обаяние, и английское "harm" - беда, скорбь, и даже санскритское "Dharma" - праведность, благочестие.

Хармс мистифицировал реальность, но она и без того была переполнена жуткой социальной мистикой, которую мы сегодня наблюдаем в сериале "Мастер и Маргарита" и даже сердимся: почему режиссер Владимир Бортко не сделал эту мистифицированную реальность, все эти прогулки нечистой силы в варьете и "нехороших квартирах", обаятельной и привлекательной.

Потому что изнанкой мистифицированной реальности была жуть. В 1931 году Хармса арестовали. Ссылку он отбывал вместе с Александром Введенским. Николая Олейникова расстреляли в 1937-м. Введенского снова арестовали в 1941 году в связи с началом войны, как бывшего репрессированного, и "принудительно эвакуировали". По дороге он погиб. Хармс закончил жизнь страшнее всех, в феврале 1942 года в тюремной психиатрической больнице.

 

Господи, накорми меня телом Твоим,
Господи, накорми меня телом Твоим
Чтобы проснулась во мне жажда движения Твоего.
Господи, напои меня кровью Твоею
Чтобы воскресла во мне сила стихосложения Моего.

13 мая 1935 © Даниил Х

 Выходит

Мария, отвесив

поклон

Мария выходит с тоской на крыльцо,
А мы забежав на высокий балкон
Поем, опуская в тарелку лицо.

Мария глядит, и рукой шевелит,
И тонкой ногой попирает листы,
А мы за гитарой поем и поем,
Да в ухо трубим непокорной жены.

Над нами встают золотые дымы,
За нашей спиной пробегают коты.
Поем и свистим на балкончике мы,
Но смотришь уныло за дерево ты.

Остался всего башмачок, да платок,
Да реющий в воздухе круглый балкон,
Да в бурое небо торчит потолок.
Выходит Мария отвесив поклон.

И тихо ступает Мария в траву,
И видит цветочек на тонком стебле.
Она говорит: -Я тебя не сорву,
Я просто пройду, поклонившись тебе.

А мы забежав на балкон высоко
Кричим: -Поклонись! Да гитарой трясем.
Мария стоит и ногой шевелит,
И вдруг, поклонившись, бежит на крыльцо.

И тонкой ногой попирает листы,
А мы за гитарой поем и поем,
Да в ухо трубим непокорной жены,
Да в бурое небо кидаем глаза.
© Даниил Хармс
             /Daniil Harms/

 

 

БИОГРАФИЯ ХАРМСА

Хармс прочно занимает место одного из главных представителей русской художественной словесности 1920–1930-х годов, по сути дела противостоящей советской литературе.

Родился 17 (30) декабря 1905 в С.-Петербурге. Отец его, в бытность морским офицером привлеченный к суду в 1883 за соучастие в народовольческом терроре, провел четыре года в одиночной камере и более десяти лет на каторге, где, по-видимому, пережил религиозное обращение: наряду с мемуарными книгами Восемь лет на Сахалине (1901) и Шлиссельбургская крепость (1907) он опубликовал мистические трактаты Между миром и монастырем (1903), Тайны Царства Небесного (1910) и др. Мать Хармса, дворянка, заведовала в 1900-е годы приютом для бывших каторжанок в Петербурге. Хармс учился в санкт-петербургской привелегированной немецкой школе (Петершуле), где приобрел основательное знание немецкого и английского языков. В 1924 поступил в Ленинградский электротехникум, откуда через год был исключен за «слабую посещаемость» и «неактивность в общественных работах». С тех пор целиком отдался писательскому труду и жил исключительно литературным заработком. Сопутствующее писательству разностороннее самообразование, с особым уклоном в философию и психологию, как о том свидетельствует его дневник, протекало чрезвычайно интенсивно.

Изначально он чувствовал в себе «силу стихотворства» и своим поприщем избрал поЭзию, понятие о которой определилось у него под влиянием поэта А.В.Туфанова (1877–1941), почитателя и продолжателя В.В.Хлебникова, автора книги К зауми (1924) и основателя (в марте 1925) Ордена Заумников, в ядро которого входил и Хармс, взявший себе титул «Взирь зауми».Через Туфанова сблизился с А.ВТВведенским, учеником более ортодоксального поэта-«хлебниковца» и обожателя А.Крученыха И.Г.Терентьева (1892–1937), создателя ряда агитпьес, в том числе «актуализующей» сценической обработки Ревизора, спародированной в Двенадцати стульях И.Ильфа и Е.Петрова. С Введенским Хармса связала прочная дружба, тот, порой без особых оснований, принимал на себя роль наставника Хармса. Однако направленность их творчества, родственного в плане словеснических поисков, с начала до конца принципиально различна: у Введенского возникает и сохраняется дидактическая установка, у Хармса преобладает игровая. Об этом свидетельствуют первые же известные его стихотворные тексты: Кика с Кокой, Ваньки Встаньки, Землю говорят изобрели конюхи и поэма Михаилы.Введенский обеспечил Хармсу новый круг постоянного общения, познакомив его со своими друзьями Л.Липавским и Я.Друскиным, выпускниками философского отделенияфакультета общественных наук, отказавшимися отречься от своего учителя, высланного из СССР в 1922 видного русского философа Н.О.Лосского, и пытавшимися развивать его идеи самоценности личности и интуитивного знания. Их взгляды безусловно повлияли на мировоззрение Хармса, 15 с лишним лет они были пер слушателями и ценителями Хармса, во время блокады Друскин чудом спас его сочинения.

Еще в 1922 Введенский, Липавский и Друскин основали тройственный союз и стали называть себя «чинарями»; в 1925 к ним присоединился Хармс, который из «взиря зауми» стал «чинарем-взиральником» и быстро приобрел скандальную известность в кругах литераторов-авангардистов под своим новоизобретенным псевдонимом, которым стало множественное число английского слова «harm» – «напасти». Впоследствии свои произведения для детей он подписывал и иначе (Чармс, Шардам и т.д.), но собственной фамилией никогда не пользовался. Псевдоним был закреплен и во вступительной анкете Всероссийского Союза поэтов, куда Хармса приняли в марте 1926 на основании представленных стихотворных сочинений, два из которых (Случай на железной дороге и Стих Петра Яшкина – коммуниста) удалось напечатать в малотиражных сборниках Союза. Кроме них, до конца 1980-х годов в СССР было опубликовано лишь одно «взрослое» произведение Хармса – стихотворение Выходит Мария, отвесив поклон (сб. День поэзии, 1965).

В качестве члена литобъединения Хармс получил возможность выступать с чтением своих стихов, но воспользовался ею только один раз, в октябре 1926 – другие попытки были тщетными. Игровое начало его стихов стимулировало их драматизацию и сценическое представление: в 1926 он вместе с Введенским подготовил синтетический спектакль авангардистского театра «Радикс» Моя мама вся в часах, но дальше репетиций дело не пошло. Хармс познакомился  с К.Малевичем, и глава супрематизма подарил ему свою книгу Бог не скинут с надписью «Идите и останавливайте прогресс». Свое стихотворение На смерть Казимира Малевича Хармс прочел на панихиде по художнику в 1936. Тяготение Хармса к драматической форме выразилось в диалогизации многих стихотворений (Искушение, Лапа, Месть и т.д.), а также в создании Комедии Города Петербурга и первого преимущественно прозаического сочинения – пьесы Елизавета Бам, представленной 24 января 1928 на единственном вечере «Объединения Реального Искусства» (ОБЭРИУ), куда, кроме Хармса и Введенского, входили Н.Заболоцкий, К.Вагинов и И.Бахтерев и к которому примыкал Н.Олейников – с ним у Хармса образовалась особая близость. Объединение было неустойчивым, просуществовало менее трех лет (1927–1930), и деятельное участие в нем Хармса было скорее внешним, никак не затронувшим его творческих принципов. Характеристика, данная ему Заболоцким, составителем манифеста ОБЭРИУ, отличается неопределенностью: «поэт и драматург, внимание которого сосредоточено не на статической фигуре, но на столкновении ряда предметов, на их взаимоотношениях».

В конце 1927 Олейников и Б.Житков организуют «Ассоциацию писателей детской литературы» и приглашают в нее Хармса; с 1928 по 1941 он постоянно сотрудничает в детских журналах «Еж», «Чиж», «Сверчок» и «Октябрята», за это время у него выходит около 20 детских книг. Эти сочинения являются естественным ответвлением творчества Хармса и дают своеобразный выход его игровой стихии, но, как о том свидетельствуют его дневники и письма, писались они исключительно для заработка (с середины 1930-х годов более чем скудного) и особого значения автор им не придавал. Печатались они стараниями С.Я.Маршака, отношение к ним руководящей критики, начиная со статьи в «Правде» (1929)

 "Против халтуры в детской литературе" было однозначным. Вероятно, поэтому приходилось постоянно варьировать и изменять псевдоним.

Ненапечатанные его произведения газета «Смена» расценила в апреле 1930 как «поэзию классового врага», статья стала предвестием ареста Хармса в конце 1931, квалификации его литературных занятий как «подрывной работы» и «контрреволюционной деятельности» и ссылки в Курск. В 1932 ему удалось вернуться в Ленинград. Характер его творчества меняется: поэзия отходит на задний план и стихов пишется все меньше (последние законченные стихотворения относятся к началу 1938),

 

 

прозаические же сочинения (за исключением повести Старуха, творения малого жанра) множатся и циклизуются (Случаи, Сцены и т.д.). На месте лирического героя – затейника, заводилы, визионера и чудодея – появляется нарочито наивный рассказчик-наблюдатель, беспристрастный до цинизма. Фантастика и бытовой гротеск выявляют жестокую и бредовую несуразицу «непривлекательной действительности» (из дневников), причем эффект ужасающей достоверности создается благодаря скрупулезной точности деталей, жестов, речевой мимики. В унисон с дневниковыми записями («пришли дни моей гибели» и т.п.) последние рассказы (Рыцари, Упадание, Помеха, Реабилитация) проникнуты ощущением полной безысходности, всевластия полоумного произвола, жестокости и пошлости.

В августе 1941 Хармс был арестован за «пораженческие высказывания».

Сочинения Хармса, даже напечатанные, пребывали в полном забвении до начала 1960-х годов, когда был издан сборник его тщательно отобранных детских стихотворений Игра (1962). После этого ему около 20 лет пытались присвоить облик веселого чудака, массовика-затейника по детской части, совершенно не согласующийся с его «взрослыми» сочинениями. С 1978 в ФРГ публикуется его собрание соЧинениц, подготовленное на основе спасенных рукописей М.Мейлахом и В.Эрлем.  

 

             СЛАДОСТРАСТНАЯ ТОРГОВКА

 

Одна красивая торговка
с цветком в косе, в расцвете лет,
походкой лёгкой, гибко, ловко
вошла к хирургу в кабинет.
Хирург с торговки скинул платье;
увидя женские красы,
он заключил её в объятья
и засмеялся сквозь усы.
Его жена, Мария Львовна,
вбежала с криком «Караул!»,
и через пол минуты ровно
хирурга в череп ранил стул.
Тогда торговка, в голом виде,
свой организм прикрыв рукой,
сказала вслух: «К такой обиде
я не привыкла…» Но какой
был дальше смысл её речей,
мы слышать это не могли.
журчало время как ручей.
темнело небо. И вдали
уже туманы шевелились
над сыном лет — простором степи
и в миг дожди проворно лились,
ломая гор стальные цепи.
Хирург сидел в своей качалке,
кусая ногти от досады.
Его жены волос мочалки
торчали грозно из засады,
и два блестящих глаза
его просверливали взглядом;
и, душу в день четыре раза
обдав сомненья чёрным ядом,
гасили в сердце страсти.
Сидел хирург уныл,
и половых приборов части
висели вниз, утратив прежний пыл.
А ты, прекрасная торговка,
блестя по-прежнему красой,
ковра касаясь утром ловко
своею ножкою босой,
стоишь у зеркала нагая.
А квартирант, подкравшись к двери,
увидеть в щель предполагая
твой организм, стоит. И звери
в его груди рычат проснувшись,
а ты, за ленточкой нагнувшись,
нарочно медлишь распрямиться.
У квартиранта сердце биться
перестаёт. Его подпорки,
в носки обутые, трясутся;
колени бьют в дверные створки;
а мысли бешено несутся.
И гаснет в небе солнца луч.
и над землёй сгущенье туч
свою работу совершает.
И гром большую колокольню
с ужасным треском сокрушает.
И главный колокол разбит.
А ты, несчастный, жертва страсти,
глядишь в замок. Прекрасен вид!
И половых приборов части
нагой торговки блещут влагой.
И ты, наполнив грудь отвагой,
вбегаешь в комнату с храпеньем,
в носках бежишь и с нетерпеньем
рукой прорешку открываешь,
и вместо речи — страшно лаешь.
Торговка ножки растворила,
ты на торговку быстро влез,
в твоей груди клохочет сила,
твоим ребром играет бес.
В твоих глазах летают мухи,
в ушах звенит орган любви,
и нежных ласк младые духи
играют в мяч в твоей крови.
И в растворённое окошко,
расправив плащ, влетает ночь.
и сквозь окно большая кошка,
поднявши хвост, уходит прочь.

14-17 октября 1933

 

 




Афоризмы, цитаты, высказывания Хармс Даниил Иванович



 


  • Носи штаны тише.


  • Нет пророка без порока.


  • Чистота близко к пустоте. 


  • Каждый день делай что-нибудь полезное.
     

  • Хорошенькие женщины в садах не гуляют.


  • Скоро кони мочатся, значит им так хочется.  


  • Ищи то, что выше того, что ты можешь найти.


  • Почему ты сегодня с маленьких лет так циничен.


  • В очередях становишься за красивыми женщинами.

     
  • Глупый не может выделить существенное из случайного. 


  • Глупый ищет мудрого среди глупых, а мудрый находит его. 


  • Ужасно, когда женщина занимает так много места в жизни.


  • Лучше быть здоровым, но богатым, чем бедным, но больным.


  • Не ищи глупого - сам найдется, ищи мудрого - нигде не найдешь.


  • Я теперь считаю так: меры нет. Вместо меры наши мысли, заключенные в предмет.


  • Хвастовство глупого человека искренно: хвастовство умного - носит злой, несимпатичный характер.


  • В ресторане клуба писателей интересная кассирша. Не очень интересная, но с ней интересно переглядываться.
      

  • Читай сидя за столом и имей при себе карандаш и бумагу. Записывай мысли из книги, а также и свои, мелькнувшие из-за чтения или по другой какой причине.


  • Совершенную вещь можно всегда изучать, иными словами в совершенной вещи есть всегда что-либо неизученное. Если бы оказалась вещь изученная до конца, то она перестала бы быть совершенной ибо совершенно только то что конца не имеет т.е. бесконечно.
     

  • Лучше плохое назвать хорошим, чем хорошее плохим, а потому я говорю, что Шестакович, должно быть, гений. Прослушав два первых действия оперы "Леди Макбет", склонен полагать, что Шестакович не гений. 
     

  • Вопрос: началась ли наша работа? А если началась, то в чем она состоит? Ответ: Работа наша сейчас начнется, а состоит она в регистрации мира, потому что мы теперь уже не мир. Вопрос: Если мы теперь не мир, то что же мы? Ответ: Нет, мы мир. Т.е. я не совсем правильно выразился. Не то, чтобы мы уже не мир, но мы сами по себе, а он сам по себе.
     

  • Теперь, когда мы стали совсем обособленными, почистим наши грани, чтобы лучше видать было где начинаемся уже не мы. Почистим нижний пункт - сапоги, верхний пункт -- затылок -- обозначим шапочкой; на руки наденем блестящие манжеты, a на плечи эполеты. Вот теперь уже сразу видать, гдe кончились мы и началось все остальное.

Картина дня

наверх